ЕЖЕНЕДЕЛЬНОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ ИЗДАНИЕ 18 июля 2010
Найти:

НОВОСТИ




ПОЛИТИКА




ЭКОНОМИКА




КРИМИНАЛ




ОБЩЕСТВО




СПОРТ




КУЛЬТУРА




ВЕСЬ МИР







ПОЛИТИКА


24.06.2002

Инкубатор для сапсана.

На этой неделе в небо Москвы будут выпущены молодые соколы.

Предприятие под названием "Русский соколиный центр", самое экзотическое в стране птицеводческое хозяйство, находящееся на окраине Москвы, занимает старинный деревянный флигель в здании ВНИИ природы. Усадьба Знаменское-Садки отгорожена от шумного внешнего мира высоким сетчатым забором. Здесь уже семь лет идут эксперименты по расселению в подмосковную природу редчайших видов соколов.

- У нас мороженые крысы кончились. И хомяков только десяток на ужин осталось, - хозяйственная девушка Катя в окружении фокстерьеров и гигантских овчарок выходит навстречу утренней начальственной проверке с новыми проблемами. Катя занимается кормлением хищников, фокстерьеры ловят расплодившихся в округе лисиц, а овчарки охраняют все это хозяйство от криминальных структур. Начальство привычно морщится и посылает лаборанта на ближайший рынок за куропатками. Хомяков придется искать или на "Птичке", или в виварии какого-нибудь НИИ. С морожеными крысами сложнее.

- Соколиный центр финансируется из госбюджета, и этим все сказано, - поясняет непосредственный куратор московского питомника хищных птиц Александр Бородин - мужчина в тонированных очках и все объясняющей надписью на черной футболке с клювастыми орлами: "Born to be free". - Иногда помогают местные фермеры и зверофермы. Они присылают тушки животных и просроченное мясо. Но питомник пополняется постоянно, и прокормить птиц становится все сложнее.

Основная задача соколиного центра - разведение и выпуск на волю сапсанов. Эти птицы когда-то населяли весь московский регион и даже изображались на древних гербах Москвы и окрестных княжеств. В последнее столетие сапсаны Москву разлюбили, и семь лет назад ученые приобрели для разведения небольшое поголовье русских соколов в одном из... немецких питомников. С тех пор каждый год в начале лета с крыши института на природу, на волю, выпускают по шесть-семь молодых птиц.

Выводят птенцов в специальных инкубаторах, а потом отдают на воспитание "приемной маме" - соколихе. Она кормит птенцов теми самыми морожеными крысами и прививает соколятам навыки социального поведения. Как только птенцы приобретают вид взрослых соколов, их отсаживают в специальный ящик на крыше института.

- Вся трудность разведения сапсанов в том, что эти птицы должны оставаться дикими, - поясняет Александр Бородин. - Им нельзя видеть и слышать людей. Для этого мы стараемся максимально ограничить наше общение с птицами. Подросшие птенцы даже корм получают по специальной трубе. А чтобы они не слышали человеческой возни на питомнике, мы во время работы погромче включаем радио. Получается настоящая дискотека на крыше.

Куда деваются выпущенные на волю сапсаны, никому не известно. Недавно пару соколов видели в районе МГУ. У них там вроде бы уже гнездо.

Большинство сапсанов, вероятно, улетают в более спокойные регионы страны. Но ученые надеются, что по всем законам диалектики количество перейдет в качество и русских соколов в Москве станет заметно больше. Что, кстати, пойдет только на пользу природе и московским памятникам, уже не первый десяток лет страдающим от нашествия голубей. Комендатура Кремля специально в целях архитектурной "гигиены" держит на кремлевских башнях целую эскадрилью пернатых хищников. Правда, не соколов - с ними много хлопот, а неприхотливых и выносливых ястребов-тетеревятников.

Помимо основной научной функции питомник несет и государственную. Именно сюда доставляют конфискованную таможней живую контрабанду - соколов, которых предприимчивые сибиряки пытаются выгодно продать в арабские страны. Все хищные птицы России занесены в Красную книгу и в дикой природе встречаются нечасто. На черном рынке охотничий сокол (даже необученный) стоит несколько тысяч долларов, и переправка хищных птиц за рубеж давно стала штатной статьей дохода оставшихся без работы таежных промысловиков.

Иногда питомник пополняется за счет Службы спасения - последний раз спасатели приволокли полуручного орла-беркута, выловленного в одном из московских Домов ребенка. Орел какое-то время обитал на балконе у одного любителя экзотики, но потом упорхнул в город поохотиться. Людей он не боялся, и если бы в больничной палате, куда заглянул орел, был бы хоть один младенец, история могла бы закончиться трагедией. В природе беркут охотится на волков и крупных копытных. Залетев в Дом ребенка, беркут лишь показательно растерзал большого плюшевого медведя, после чего дал себя поймать.

- Больше всего хлопот у нас с таможней, - сетуют сотрудники питомника. - Прокормить всю эту ораву птиц мы еще можем, но когда за ними приезжают их бывшие хозяева и пытаются начать говорить с учеными "по понятиям", мы немного беспокоимся. Охраны в питомнике, кроме собак, нет.

На дорогостоящем пристрастии некоторой части человечества к охоте с ловчими птицами строятся и внебюджетные фонды соколиного центра. Ученые тренируют для состоятельных клиентов выращенных в неволе и привыкших к человеку соколов - для охоты на уток, лис и зайцев. Впрочем, профессиональные соколятники уверены, что до увлечения соколиной охотой российская элита додумается нескоро. Занятие это не столько дорогое, сколько хлопотное. Ради месяца удовольствия надо весь год тренировать птицу по три часа в день, во время самой охоты возить за собой на джипе коневозку с охотничьей лошадью, а на лапку ловчего сокола вешать передатчик. Летают птицы на высоте до километра, и понять, где она в данный момент находится, можно только с помощью радиоприборов.

- Был тут у нас один клиент, - рассказывает Александр Бородин. - Мы полгода готовили ему птицу для охоты, а за три дня до открытия сезона он приехал и сообщил нам, что купил новый "лендкрузер". И теперь не хочет пачкать обивку пометом. Вот такие в России охотнички.

На этой неделе должно случиться то, ради чего соколиный центр функционировал целый год. В боксе на крыше должны открыть дверцу, и молодые сапсаны смогут сначала осторожно выбраться на обитую кошмой железную крышу, а потом взлететь, чтобы больше сюда не возвращаться. Впрочем, специалисты утверждают, что птичье понятие свободы не слишком отличается от человеческого. Поэтому, пропутешествовав немного, соколы могут вернуться на территорию института и, может быть, соберутся свить гнезда неподалеку.

Только тогда многолетние и не всем понятные труды чудаков-энтузиастов из соколиного центра окажутся не напрасными, а пафосный лозунг "Рожденные свободными" получит жизненное подтверждение.











Редактор отдела
Марина Хлебная
«Наши новости из первых рук!»






  • Проишествия



    Реклама на сайте | О сайте | Подписка on-line | Редакция

    Copyright © Newsgard